Общество глухих

Как развивать слух и речь малыша?

Зоя Бойцева: Часто родители после постановки диагноза ждут слухопротезирования ребенка, чтобы начать с ним коммуникацию, говорят “он же не слышит, зачем с ним разговаривать”? Что делать с ребенком до того, как он получил СА или КИ?

О том, почему эта концепция ошибочна, и как развивать слух и речь малыша, мы говорим с Инессой Баскиной, известным сурдопедагогом.

Инесса Баскина: Всем специалистам, всем родителям, даже всем своим друзьям, у кого рождаются ребятишки, дети, внуки, я начинаю рассказ про то, что коммуникация – это не слух и речь. Вернее, наоборот, что наша речь формируется не только на основе слуха, что очень важна коммуникация. Коммуникация – это просто обращение к ребенку. Это когда он повторяет твои эмоции, когда он начинает тебе подражать. Речь – это мимика. Речь – это жесты. Речь – это эмоции. Это тактильные прикосновения. Это вибрации, это дыхание. Это просто постоянная коммуникация с ребенком. И для чего еще нужно начинать общаться с ребенком до постановки слуховых аппаратов или кохлеарных имплантов, я всегда родителям говорю: «Формируйте привычку общаться с ребенком. Не думайте, что только после слухопротезирования надо будет с ним начинать коммуницировать».

Алла Маллабиу: А какие условия необходимы для развития слуха и речи слабослышащего ребенка?

Инесса Баскина: Адекватно настроенный аппарат, речевая среда и тому подобное. Это вы услышите от любого стандартного сурдопедагога, это описано во всех учебниках. Я начинаю маленько с другого. Я начинаю с того, что мне надо научить родителей улыбаться заново. Мне надо видеть хорошую, здоровую, балдежную семью. И это становится самой-самой большой проблемой, потому что самое первое, с чего начинается слухоречевая реабилитация ребенка – это с формирования коммуникации и эмоционально-волевой сферы. Это еще к звуковой речи имеет только-только первые шажочки, только-только опосредованное значение.

Эмоционально-волевая сфера это как раз услышь меня, посмотри на меня, увидь, выполни то, что я тебя попросил. Просто дай кубик, покажи мне, что ты хочешь. Или принеси то, на что я тебе показал. Это все коммуникация и эмоционально-волевая сфера, когда ребенок сосредоточился, понял вашу инструкцию и он ее выполнил. Мы все это делаем не молчаливо. Мы все это делаем обязательно с проговариванием всех тех действий и тех предметов, которые попадаются нам на глаза.

Конечно, коммуникация, эмоционально-волевая сфера – это все очень важно. Помимо того что у нас есть адекватно настроенные слуховые аппараты, кохлеарная имплантация, что ребенок постоянно находится в речевой среде, что нам еще важно? Обязательно важно наблюдать его моторное развитие.

Крупная моторика, мелкая, как он осознает свое тело – нам это очень важно. Мы отслеживаем уровень мышления ребенка. Он не должен у нас отставать. Мышление – это показатель того, с какой ступеньки на какую ребеночек будет переходить, когда у него будет формироваться речь. Очень важны регулярные занятия, очень важно понимать неврологический статус ребенка. Столько много компонентов для хороших условий развития слуха и речи, что это не просто занятие с сурдопедагогом или просто занятие дома.

Слухо-речевая абилитация

Зоя Бойцева: важный вопрос для всех родителей - С чего начинается слухо-речевая абилитация?

Инесса Баскина: У меня будет ответ маленечко нестандартного сурдопедагога, потому что я всегда считаю, что слухоречевая реабилитация начинается с переформатирования семьи, а это целая новая система, где надо практически сделать перепрошивку всей семье. Да, от стиля общения, от постановки приоритетов, то есть это формирование абсолютно нового стиля жизни.

Если уж быть совсем серьезным и совсем подходить как нестандартный сурдопедагог, я тоже говорю родителям: слухоречевая реабилитация начинается с формирования социально-бытовых навыков ребенка, с формирования эмоционально-волевой сферы ребенка, чтоб он ловил ваш взгляд, чтоб он умел чувствовать ваши эмоции, он им подражал. Конечно, самый первый этап – это распознавание неречевых звуков после слухопротезирования, потому что наша система так устроена, что мы сначала распознаем неречевые звуки и только потом речевые звуки.

Слухоречевая реабилитация строится на подражании жестов, на сенсорном наполнении жизни: прогулки, песни, музыка, цвета, танцы


Слухоречевая реабилитация строится на подражании жестов, на сенсорном наполнении жизни: прогулки, песни, музыка, цвета, танцы. Это, конечно же, психологическая поддержка родителей. Да-да-да, это самый большой компонент в слухоречевой реабилитации ребенка, потому что если не поддержать родителя, если не наполнить его таким инструментарием, то пользы от этого не будет, потому что основной источник энергии и идей в семье для таких детей – это родители. Ребенок не знает, что надо делать. Если растеряны родители, то мы быстренько теряем время. Нам это время нельзя никак терять.

И конечно же, в самом начале слухоречевой реабилитации мы боремся за внимание ребенка, за его ответную реакцию, играем, играем, играем. И конечно, в помощь вам всем великолепные пособия, которые разработаны – это игры, где у ребенка начинает формироваться слуховое внимание, слуховое сосредоточение, взаимодействие в игре. В общем, все, что соответствует обычному детству.

Зоя Бойцева: вы сказали про то, что нужно очень много играть, бороться за внимание ребёнка, я помню, что к вечеру от бесконечных разговоров с ребёнком у меня язык был на плече. А если у нас Мама-молчун. Что делать?

Инесса Баскина: Супервопрос. Очень часто раньше, когда у меня было много ребятишек после кохлеарной имплантации, мы занимаемся с ребенком, мы делаем все правильно. И я чувствую, у ребенка не наступает синдрома оживления. Я тогда спрашиваю родителей: «Скажите, пожалуйста, а как вы общаетесь дома?» На что мне одна мама сказала: «А мы с мужем – программисты. Мы все время сидим в компьютерах и мы общаемся только по делу». И таких семей становится немало. Действительно, у нас коммуникация, общение уходят из культуры. И тогда я говорю: «Что вы хотите от своего ребенка? Он копирует ваше поведение. Я не могу только развивать в нем речевое мышление. Мне нужно, чтобы он коммуницировал со мной».

И вот тогда я подготовила небольшую лекцию, которую периодически читала на реабилитациях. Если не только мама – молчун, но и семья молчунов, тогда я предлагаю вспомнить всех близких родственников и найти болтливого родственника, как в фильме «Приключения Шурика». Там была бабушка, которая усыпляла девочку и все время пела: «Та-та-та-та, та-та-та-та…» Надо обязательно найти такого родственника, который бы помогал воспитывать ребенка. Либо няню.

Конечно, я понимаю, что лишний человек в семье – это всегда эмоциональные затраты. Но я очень люблю поговорку: есть бабка – убил бы, нет бабки – купил бы. И у меня есть столько великолепных историй, когда подключали родственников либо нянь, либо находили педагогов по развитию, хорошо говорящих, хорошо знающих, как строится коммуникация. И это было большое подспорье для семьи и для ребенка.

Что я еще предлагаю делать родителям? Все занятия, которые проводятся со специалистом, записываются. Сейчас несложно это записать на телефон, на планшет, на что угодно. И тем самым у вас в арсенале остается запись занятия, запись правильного построения коммуникации. И это занятие вы можете смотреть с ребенком и ребенок самостоятельно, если это достаточно уже взрослый ребенок, бесконечное количество раз. Тем самым вы это занятие умножаете на столько раз, сколько ребенок сможет это посмотреть и повторить все задания, которые были на занятии.

Это очень большое подспорье, особенно не только в семьях, где молчаливые родители. У меня в практике было много детей из семей глухих. Там, где родители общаются на русском жестовом языке. Они не могут показать речевые эталоны. И тогда записи этих видеозанятий служили как раз эталоном, как надо заниматься с ребенком. Ребенок сам смотрел их и повторял. И очень хороший выход – это найти себе друзей, выходить в коллективы, ребенка в детские коллективы, в песочницы, в игровые комнаты. Сейчас много всевозможных кружков. Просто объединяться в компании и самим общаться, и чтоб дети общались в это время.

Алла Маллабиу: Какого специалиста для развития слуха и речи искать и когда?

Инесса Баскина: Есть такой зверь – сурдопедагог, но зверь редкий, не везде он находится. Тем более, все мы знаем, что раньше такие специалисты находились только по спецучреждениям и они редко выведены за рамки этих учреждений, хотя потребность в этом большая. В первую очередь, конечно, нужны на регулярной основе занятия с сурдопедагогом. Что делать, если нет таких педагогов поблизости? Всегда, я точно это знаю, есть на месте талантливые педагоги по раннему развитию, по раннему дошкольному развитию. Надо обязательно искать таких людей. Есть прекрасные музыкальные педагоги, педагоги по развитию музыкального ритма. В моей практике были дети из глубоких деревень, где мамы самостоятельно занимались с ребенком, привлекая вот таких специалистов. И надо сказать, была достаточно успешная реабилитация таких детей.

Поэтому ищите просто педагогов по дошкольному образованию, потому что в принципе все методики по развитию речи схожи. И вот этот комплексный подход к развитию речи всегда будет оправдан и к нашим малышам.

Когда искать такого специалиста? Вообще, таких специалистов надо искать с раннего возраста, есть нарушения слуха у вашего ребенка либо нет, потому что такие занятия бесценны. Не все родители могут себе позволить так эмоционально проводить занятия, как это делают специалисты. Конечно, если у вас ребенок с нарушенным слухом, и вы это очень рано определили, то такого специалиста надо привлекать уже до слухопротезирования. Естественно, во время слухопротезирования такие занятия должны быть регулярными.

Чем отличается сурдопедагог от логопеда

Зоя Бойцева: Чем отличается сурдопедагог от логопеда?

Инесса Баскина: Все спрашивают, потому что мы все живем в стереотипах по специализациям врачей, по специализациям дефектологии и так далее. В Израиле этот специалист не отличается ничем. Он так и называется: специалист по коммуникации клинейд кикшорат. И в лицензионном экзамене первые вопросы начинаются у этого специалиста клинейд кикшорат от чтения аудиограммы нарушения слуха. В середине идет большой блок по логопедии, диспраксии, алалии и так далее. И в конце обязательно большой блок по альтернативным средствам коммуникации. Так что в Израиле это общая специализация – клинейд кикшорат (00:13:00), специалист по коммуникации.

Так как в России мы имели очень большую школу для логопедов, отдельную школу для сурдопедагогов, конечно, есть такое разделение, но оно такое достаточно устаревшее, что логопеды ставят звуки, сурдопедагоги настраивают слух. Когда мы изучали сурдопедагогику в Санкт-Петербургском университете, нам преподавали огромный блок логопедии. И мы, естественно, своими силами справлялись и с развитием слуха, и с постановкой звуков, и с развитием фразовой речи – все, что входит в понятие развитие речи у ребенка, развитие коммуникации.

Сейчас эти границы очень тонкие. И если вы найдете грамотного логопеда, не звуколога, то он всегда найдет подход к вашему ребенку. Он всегда будет знать, что надо начинать развитие с фонетического, с фонематического слуха, с ритма, с игры, с понимания. И только потом либо во время этой игры мы плавно формируем правильность произносительной речи.

На сегодняшний день я вижу, что между этими специальностями очень тонкая грань. И я думаю, что на факультетах готовят специалистов широкого профиля в этой отрасли. Но, конечно, когда речь идет о сурдопедагоге как узком специалисте, мы, конечно же, должны знать реабилитацию после слухопротезирования. Но я думаю, что и обычный логопед может небольшим курсом взять эту специализацию и освоить. Это все в руках и знаниях специалиста.

Занятия с сурдопедагогом

Алла Маллабиу: Сколько необходимо заниматься с ребенком у специалиста? И как понять, что занятий достаточно?

Инесса Баскина: Вообще, есть такое понятие, что сурдопедагог – это друг на всю жизнь. И тут нечего делать. Даже если ваш ребенок уже не нуждается в регулярных слухоречевых занятиях, то пообщаться с сурдопедагогом перед настройками импланта или слухового аппарата, очень даже необходимо. И что немаловажно для меня – это когда уже подращенные ученики и их родители сообщают мне о своих успехах. Это тоже часть наших отсроченных, длительных занятий, когда мы наблюдаем динамику, мы строим себе в голове этот опыт, чтобы передавать его для следующих поколений. Всегда очень приятно видеть успехи детей.

А если вопрос, сколько по количеству и времени надо занятий – тут все индивидуально. Если семья дублирует все занятия дома, если они внимательно и чутко следят за состоянием ребенка, и как педагог проводит занятия, они все это переносят в домашний повседневный быт, то один-два раза в неделю на первых порах – достаточно. Если семья живет далеко, то, конечно, необходимо организовывать выездную реабилитацию, интенсивы так называемые. Тогда на этих интенсивах происходят ежедневные занятия, но это очень ювелирная и очень напряженная работа. И больше 7-10 дней я бы точно не рекомендовала проводить такие интенсивы, потому что нервная и психическая система у ребенка – очень и очень хрупкая.

Интенсивы необходимо рассматривать, прежде всего, как накопление опыта для родителей. И чтобы они смотрели приемы работы, которые используют специалисты. И конечно же, для формирования определенных навыков именно в конкретный период, когда приезжает ребенок. Мы все должны понимать, что голова ребенка – это не кастрюля, когда мы привезли ребенка на реабилитацию, открыли крышку, закидали туда знания, закрыли, и он уехал. Нет, это методическая, долгосрочная, кропотливая работа и очень-очень индивидуальная.

Как понять, что занятий достаточно? Это либо определяется личной потребностью семьи, потому что кто-то сдается, кто-то, наоборот, входит в азарт. У кого-то находится специалист на месте, кто-то переезжает в другой город, все настолько индивидуально. Если в семье снялась проблема у ребенка, что все у него налажено, слух и речь у него достаточная, то семья принимает решение отказываться от регулярных занятий по развитию слуха и речи. Но на самом деле в своей практике я встречала единицы таких родителей. И те, кто настроен, переходят просто на более плавный темп. И даже если ребенок пошел в школу, то раз в месяц, раз в три месяца ребенок обязательно приезжает к сурдопедагогу, чтобы тот адекватно оценил уровень речевого и обязательно слухового развития ребенка. Это очень важно. Но, конечно, это все индивидуально.

Ответственность родителей

Зоя Бойцева: Давайте поговорим про ответственность родителей: должны ли быть родители полностью вовлечены в реабилитацию ребенка, или можно положиться на занятия со специалистами/детский сад/реабилитационный центр?

Только родители несут ответственность за организацию реабилитационного процесса ребенка.


Инесса Баскина: У меня однозначный ответ: только родители несут ответственность за организацию реабилитационного процесса ребенка. Мы специалисты, мы помощники, тренеры, друзья, кладезь методов. Как хотите воспринимайте. Мы лишь маленькие части большого пазла, большой мозаики, и только родители складывают все вместе в зависимости от потребности семьи и ребенка, и возможностей.

Хорошо, если у семьи есть рядом опытный специалист, который комплексно помогает ребенку и выступает как наставник. Но верховные главнокомандующие для ребенка – это родители.

И он же, этот родитель, капитан для большой команды специалистов, потому что у нас у всех своя специализация. У аудиолога одна, у слуховика – другая, у музыкального терапевта – третья. Есть еще спортивный тренер. Это тоже бывает большая часть реабилитации для ребенка. Этим всем руководит родитель. Тем более, сейчас, когда нет единой системы воспитания и образования ни в обычной системе, ни в коррекционной, только родитель выступает ответственным человеком. Не безответственным, не тем, который все пустил на самотек, а именно ответственным специалистом, который мониторит, какие есть новые веяния в образовании, который держит руку на пульсе по специалистам, по развитию ребенка, возит его на реабилитации, контролирует занятия дома, полностью формирует детства ребенка, потому что этот ребенок останется жить в этой семье. Он не перейдет в семью специалиста.

Алла Маллабиу: Присутствие родителей на занятиях – обязательный ли это фактор в реабилитации ребенка?

Инесса Баскина: У меня есть четкий принцип. Родители моих учеников абсолютно точно на первых занятиях, а первые занятия – это полгода-год, присутствуют на занятиях с ребенком. Для чего это надо? Для того чтобы родитель как раз параллельно учился методам и приемам, как находить контакт с ребенком, что нужно с ним развивать.

Еще самое важное – записывать элементы занятий, для того чтобы их копировать дома. И немаловажный момент, чтобы эти видео рассылать родственникам, членам семьи, чтобы они тоже включались в этот процесс, ведь невозможно передать все то, что происходит на занятиях, а то получится, как в том анекдоте: «Не люблю я вашего Карузо». – «А где ты слышал Карузо?» – «Да Рабинович по телефону напел». Понимаете, уважаемые родители и специалисты, не сопротивляйтесь тому, что родители присутствуют на занятии.

Когда они уже включатся в систему абилитации и реабилитации ребенка, мы можем им дать маленько времени подождать в коридоре или, если это на интенсиве, заняться своими делами. Но моя принципиальная позиция, что родитель находится рядом с ребенком. Во-первых, он за него отвечает. Во-вторых, он должен быть включен в процесс реабилитации и абилитации. И в-третьих, как раз на этих занятиях и отслеживается динамика. И педагог рассказывает о тонкостях и нюансах, для чего это упражнение, зачем это надо сделать, какая перспектива. И задать тут же вопросы родителям, если это необходимо, узнать причины, почему это случилось с ребенком, или в каком настроении пришел ребенок, тут же выяснить. Это всегда освобождает педагога еще дублировать потом вечером либо после занятия, что было на уроке, что делали, что проходили.

Если у меня родитель не присутствует на занятии, я обязательно делаю маленькие видеоотчеты, потому что я делю ответственность с родителем.

И призываю всех специалистов. Мне очень часто родители рассказывают, что они приезжают на какую-то реабилитацию, и их не пускают на занятия. Это, конечно, выбор этого учреждения либо этих специалистов. Наверное, есть какие-то свои у них методы и приемы, и есть обоснования. Но я считаю, что родитель за свои деньги должен видеть, какие подходы применяются к его ребенку.


Зоя Бойцева: Как адекватно оценивать динамику ребенка, когда ты находишься с ним рядом каждый день?

Инесса Баскина: Что такое адекватность? Адекватность – это контрольные срезы, это корреляция между тем, что было, и тем, что есть. Для этого, конечно, есть множество тестов, анкет на любом языке и так далее. Но я больше всего люблю видеозаписи, где запечатлены не буковки и циферки, а жизнь, и заметны минимальные изменения во взгляде, в общении, в эмоциях. Особенно это очень важно еще в доречевой период ребенка. Все родители напуганы отсутствием речи и ждут ее, как манну небесную. Наша задача как специалистов как раз на основе таких видео и таких занятий показать: смотрите, он уже стал прислушиваться, он уже стал фиксировать взгляд, он уже отвечает улыбкой на улыбку, он уже подражает жестам. Вот это и есть изменения.

Кончено, надо посещать специалистов, помимо тех, у которых вы занимаетесь на регулярной основе, надо иметь специалистов, которые делают такие срезы. Куда-то выезжать либо приглашать, чтобы он давал адекватную оценку.

Есть такое понятие – слепая материнская любовь. Я в нее свято верю, потому что я сама мама троих очень взрослых детей. И когда я смотрю на своих детей, у меня включается только слепая материнская любовь. Когда я далеко от них, я уже стараюсь адекватно мыслить. Но опять же, очень сложно разделить эти понятия, поэтому я в свое время тоже своих детей водила на разные тесты, к разным специалистам, чтобы оценивали их адекватное развитие, чтобы я уже как мама-менеджер смогла направить их в то или иное русло.


Алла Маллабиу: Как перестать сравнивать своего ребенка с другими детьми, более успешными?

Инесса Баскина: Это один из моих любимых пунктиков. Я и родителям, и студентам показываю занятия, часто останавливаю занятие. Если оно в видеозаписи, то видеозапись. Если это вживую, то вживую. И показываю: «Вот посмотрите, вот тут я ребенку подсказала, вот тут я взяла паузу». Знаете, для чего? Потому что мне обязательно важно сформировать успешность в самом ребенке. Почему слова «дай пять», «молодец», «спасибо» – это стиль занятия, это стиль формирования успешности, потому что главное сформировать успешность, его жизненную позицию, а не подкормить псевдоамбиции родителей относительно ребенка, то есть то, что они себе надумали до его рождения или пока он был маленький.

Конечно, никуда не деться. Это человеческий фактор – посмотреть, что трава у соседа зеленее, что ребенок болтливее и так далее. Но вы можете по-другому поставить вопрос. Вы можете посмотреть на успешность другого ребенка и сказать: «Да, мы тоже к этому придем. Да, у нас маленько темпы другие, но зато мы в другом гораздо сильнее». И найти какой-то пунктик, что мой ребенок лучше рисует. Опять же, если для вас это важно.

Вообще, надо четко понимать, что мы не на соревнованиях. Мы просто живем эту жизнь. И надо радоваться, потому что все это проходит со стремительной скоростью. И у каждого ребенка свой темп. И самое ключевое, что ваш ребенок носит совсем другую фамилию, совсем другие гены и совсем другие эмоции, чем тот ребенок, с позиции которого вам кажется, что он успешнее. Нет, ваш ребенок – это ваше продолжение, ваше счастье, ваша радость. И только его надо… Такая избитая фраза, что мы сравниваем достижения ребенка с самим собой. Наверное, это так и есть. Просто адекватно оценивайте его развитие и идите к вершине горы своим путем.


Зоя Бойцева: Много занимаемся, понимание есть, речи нет. Как быть?

Инесса Баскина: Это вопрос дня. Лично я всегда заново и заново перечитываю родителям лекцию, из чего состоит речь ребенка. И прошу обязательно у них видео домашних занятий и досуга с ребенком. И если видно, что у ребенка и коммуникация простроена верно, и родители эмоциональны и ответственны, и педагог, с которым занимается ребенок, великолепен, то тогда встает речь о сочетанной патологии. И тут да, я тоже испытала шок в свое время от вселенской несправедливости, когда таких ребятишек появляется все больше и больше. И именно поэтому я пропагандирую комплексный подход к развитию коммуникации ребенка. Да-да, я не оговорилась, не к речи, а к коммуникации ребенка.

Я использую на занятиях все доступные формы альтернативной коммуникации. Это и жесты, и карточки, и тактильные прикосновения. То есть все, чем мы можем помочь ребенку через обходные пути начать понимать этот мир.

Первое, чему мы должны научить ребенка помимо распознавания звуков – это выражать свои желания: да или нет. Хотя бы жестом, хотя бы кивком, хотя бы карточкой, но ребенок заявить о своем желании. Если понимание речи есть, а речи нет, то значит нет коммуникации. Встает вопрос: а где познавательный интерес, а где спрятались дополнительные нарушения? И тут уже надо командой решать, каких специалистов подключать либо какими альтернативными способами мы должны вывести ребенка на коммуникацию. И попробовать, конечно, поменять специалистов.

Вот у меня в этом плане в голове очень просто. Если вы много лет занимаетесь с одним и тем же специалистом и боитесь его поменять, попробуйте хотя бы на время поменять специалиста, потому что методы и подходы как раз могут подходить вашему ребенку другие. Это не предательство специалиста, потому что я очень часто слышу от специалистов: вот, я хороший специалист, от меня ушли. Я говорю: «Да неправда. Просто надо каждому найти своего специалиста». Иногда, бывает, несколько специалистов, даже разноплановых, так воздействуют на ребенка, что у него включается речь, потому что один специалист больше направлен на понимание речи, второй – на эмоциональную составляющую, третий – на игру-коммуникацию. И весь этот комплекс может работать как раз на то, чтобы запустить ребенку речь.

Не бойтесь менять формы занятий, не бойтесь попробовать других специалистов. Не бойтесь эту проблему обсудить на форуме. Форумы – это, вообще, спасение, мне кажется. Адекватные, опять же. Не слушать все подряд, а выбрать то, что нужно тебе.

Дополнительная коммуникация

Алла Маллабиу: Дополнительная коммуникация: как, когда и какая?

Инесса Баскина: У нас еще родителям и специалистам надо, помимо дополнительной коммуникации, прочитать лекцию, что такое естественная коммуникация? Основная коммуникация. Давайте быстренько вспомним. Это подражание взрослому в действиях. Это разделение со взрослыми и с детьми эмоции. Это когда в деятельности ребенок воспринимает другого как партнера. Хоть в катании мяча, хоть в общении, хоть в любой игре он просто за ним наблюдает, подражает и воспринимает его как партнера. Это познавательный интерес. Это умение выражать свои желания не просто криком, а киванием головы, движением руки, указательным жестом. Это естественные жесты. Это не дополнительная коммуникация.

Воспринимайте жестовый язык как дополнительную систему восприятия информации.


Что такое дополнительная коммуникация? Это жестовый язык, обязательно со словом вместе. Это то, что мы называем билингвизмом. И уважаемые родители, вам без него никак. Когда ребенок попадает в бассейн, когда, не дай бог, у него ломается процессор либо слуховой аппарат, когда вы попадаете в шумную обстановку, ребенку очень тяжело становится ориентироваться и воспринимать эту информацию, поэтому воспринимайте жестовый язык как дополнительную систему восприятия информации.

Что такое еще дополнительная коммуникация? Это знаменитые карточки PECS. Если вы владеете ими, можете применять. Я применяю маленько другие карточки: просто с глаголами, с действиями, с фотографиями ребенка. Визуальное расписание – огромное подспорье. Мы все выросли на расписаниях.
Что помогает формировать визуальное расписание, составленное на основе фотографий ребенка? Его осознание в этой жизни, упорядочение его жизни.

Он понимает, что за чем и что будет потом, ведь больше всего, от чего формируются страхи и истерики – от незнания, что будет потом. Когда у ребенка шаг за шагом формируется привычка выполнять все в соответствии с визуальным расписанием, мы видим, как ребенок успокаивается и следует ему.
Впоследствии можно убрать это визуальное расписание. Но когда ребенок маленький и неречевой, и у него только визуальное идет восприятие информации, нам никак не обойтись без визуального расписания.

Дополнительные коммуникации – это письменная речь как обходной путь. Я не сторонник обучения раннему чтению детей. И если в этом нет необходимости, я, конечно, это не использую. Но если ребенок подрастает, и мы видим, что уже необходимо научить его читать, писать, коммуницировать через письменную речь, то мы, конечно, должны использовать это подспорье.

И вот теперь интересный вопрос. Как и когда мы используем эти средства? Естественную коммуникацию, естественные жесты мы используем сразу. Есть нарушение слуха, нет нарушения слуха, есть другие дополнительные нарушения – мы используем это сразу.

Карточки с действиями – сразу. Если выявлена сочетанная патология сразу, например, двигательные нарушения, синдром Дауна, ментальные нарушения, то сразу используем все альтернативные и дополнительные средства коммуникации.

Билингвизм – это очень тонкая тема. Если родители с нарушенным слухом, и ребенок у них с нарушенным слухом после слухопротезирования, то систему общения через русский жестовый язык, через слово мы используем сразу. Все остальное очень индивидуально. Но мне совсем не понять, почему многие родители настойчиво учат иностранные языки, но если в семье есть ребенок с нарушенным слухом, отвергают жестовый язык. Не все, но это очень часто я могу слышать. Да, это сверхусилие – выучить этот язык. Но это и успешность ребенка, и доверие в семье. И вы ребенку даете дополнительный источник коммуникаций, вы ему расширяете круг друзей. Вы делаете профилактику, не дай бог, той ситуации, когда у него не будет поступать звук в уши.

Использование жестового языка – это средство коммуникации наряду с интенсивными занятиями по слухоречевому развитию. И при адекватных настройках слухового аппарата либо кохлеарного импланта жестовая речь ни в коей мере не тормозит развитие устной речи. Она только дополняет.

И на это есть огромное количество исследований и накопленного опыта, в том числе и в России.

Зоя Бойцева: Нарушения слуха у ребенка – это страшно?

Глухота победима как социальное явление, то есть всегда можно слухопротезироваться либо найти другой источник коммуникации.


Инесса Баскина: Никто никогда не ждет ребенка сразу с диагнозом. Все хотят здоровых детей. Это нормально. Все хотят здоровых детей по всем показателям. Это естественное желание человека – прожить долгую и здоровую жизнь. Чего я всем желаю абсолютно искренне. Но мы не в силах все предугадать и предусмотреть. Например, вчерашний случай. Мне позвонили из Новосибирска и попросили консультацию как сурдопедагога. Малыш и вся его семья переболели COVID.

И ребенок получил снижение слуха на фоне лечения. Но это невозможно рассчитать и предугадать. И невозможно быть к этому готовым. Да, и задача как раз специалиста – очень быстро родители сказать методику обследования, что за чем и как. И деликатным языком сказать, что глухота – это не страшно. На сегодняшний день глухота победима как социальное явление, то есть всегда можно слухопротезироваться либо найти другой источник коммуникации.

Нельзя утратить коммуникацию с ребенком и что от этого будет зависеть судьба человека.


Помимо стандартных обследований мы, конечно же, тут же родителю объясняем, что нельзя утратить коммуникацию с ребенком и что от этого будет зависеть судьба человека. Что такое, когда мы говорим, страшно это или не страшно? Мы рассматриваем это с точки зрения социальной оставляющей, будет ли этот ребенок успешен во взрослой жизни, будет ли он самостоятельным в учебе, в работе, в семье, в путешествиях. И абсолютно точно можно сказать, что нарушение слуха для социальной жизни – это совсем не страшно.

Тут самое главное – родителям преодолеть этот страх принятия диагноза и очень быстро наладить правильную систему реабилитации для ребенка. И тогда все будет хорошо. При грамотном построении это будет прекрасный, счастливый и социально адаптивный человек. И как правило, родители впоследствии забывают об этой проблеме. И остаются лишь только какие-то технические моменты, которые остаются в семье.


Проект реализован при поддержке Фонда президентских грантов
vk.com/ihear_you

12 января 2022 г.

Напишите комментарий

  • Войти

Читайте также

© 1999-2021, Первый информационный сайт глухих, слабослышащих и всех в России.
Карта  Пользовательское соглашение
Срочная помощь