Общество

Узбекистан. Они - тоже наши дети. Как решить проблемы образования детей с ограниченными возможностями?

В Узбекистане обучается 21 тысяча детей с ограниченными возможностями. Слепые, слабослышащие ученики посещают особые школы. Переход на онлайн-образование в условиях пандемии отчётливо продемонстрировал проблемы в образовании таких детей.

Какие проблемы существуют в дистанционном образовании у слабослышащих детей?

Дилмурод Юсупов, докторант института исследований развития при университете Сассекс Великобритании, исследователь вопросов инклюзивного развития и слоёв, нуждающихся в социальной защите:

- Во время телеуроков предоставляется сурдоперевод. Но глухие дети из начальных классов не владеют языком жестов в достаточной степени. Кроме того, для объяснения транслируемых в эфире уроков нужен не только сурдопереводчик, но и сурдопедагог. К примеру, человек, который переводит детям урок по физике, сам должен хорошо знать этот предмет. Если же он просто переводит, то ребёнок не усвоит предмет.

Учебные программы в интернатах для слабослышащих детей отличаются от общеобразовательных школ. Дети с ограниченными возможностями учатся на один год больше, и их программы относительно легче. К примеру, слабослышащие дети не изучают английский язык.

Предложение: в учебных программах 7 классов общеобразовательных школ и 7 классов специальных школ для глухих и слабослышащих существует разница. С учётом этого, нужно не просто выполнять сурдоперевод уроков, а открыть для таких детей отдельный канал, где будут проводить уроки сурдопедагоги. Это было бы более эффективно.

Да, это не совпадает с правилами инклюзивного образования, но сейчас, с учётом обучения в специальных интернатах, следует разработать особые программы для детей с ограниченными возможностями.

Министерство народного образования может отчитаться о проведении уроков с сурдопереводом, но следует решать эту проблему, как можно глубже проникнув в её суть. Потому что успеваемость детей имеет первоочередную значимость.

«Сурдопереводчиков можно по пальцам перечесть…»

- Статус языка жестов в Узбекистане полностью не определён. Согласно законодательству, язык жестов определяется как средство межличностной коммуникации. В других государствах язык жестов признан в качестве государственного языка, и государство оказывает помощь в его развитии. Но у нас не развит язык жестов, и не хватает переводчиков.

В городе Ташкенте сурдопереводчиков можно по пальцам перечесть. В целом, сурдоперевод – не такая уж привлекательная профессия. Этот род деятельности выбирают, в основном, люди, у которых родители или близкие родственники не могут говорить.

В вузах выделена квота для абитуриентов с ограниченными возможностями, но условий для их обучения недостаточно. К примеру, университет, или правительство должны предложить глухонемым студентам услуги сурдопереводчиков, а слепым студентам - услуги чтения текста (Reader). За рубежом имеется такая практика.

В России, где система образования похожа на нашу, каждый гражданин с ограниченными слуховыми способностями вправе пользоваться сурдопереводом до 40 часов в год за счёт федерального бюджета, а слепые -получать услуги тифлосурдоперевода (прямой и обратный перевод вербальной и зрительной информации, осуществляемый специалистом-переводчиком инвалиду, имеющему нарушения слуха и зрения, на жестовом языке или посредством дактильной речи) до 240 часов в год. В соседнем Казахстане за счёт средств государственного бюджета оказываются услуги специалистов по языку жестов до 30 часов в год. Однако, в Узбекистане минимальные часы услуг такого перевода не установлены законодательством, и не включены в список государственных услуг, оказываемых инвалидам.

Предложение: если в Узбекистане также будут оказываться услуги сурдоперевода, тифлосурдоперевода за счёт средств государственного бюджета, то люди заинтересуются этой профессией. Кроме того, это повлияет на качество образования.

https://kun.uz

23 ноября 2020 г.

Обсуждение

  • Авторизоваться через

Добавить комментарий